samedi 5 février 2011

La Triple Entente version 2010?

Chers visiteurs,

En sus de mes activités sur l'Alliance GéoStratégique, j'officie aussi désormais sur World Investigation Net, un site de géopolitique russophone (donc débordant du seul cadre de la Fédération de Russie) où j'apporte mes vues sur les enjeux contemporains par l'entremise d'articles exclusifs ou partagés.
Ceux-ci étant disponibles en version française et russe (voire anglaise comme pour le présent billet).

En vous souhaitant une bonne lecture,

Article publié sur World Investigation Net le 11 décembre 2010



L’on désigne par le terme de Triple Entente une coalition formellement signée le 31 août 1907, elle même fruit de rapprochement successifs entre d’une part la France et la Russie (17 août 1892) et d’autre part entre la France et l’Angleterre (8 avril 1904). Ladite coalition fera face durant le premier conflit mondial à la Triple Alliance composée de l’Allemagne, l’Autriche-Hongrie et pour un temps de l’Italie. Une logique de blocs avant l’heure qui aboutira par les accords à l’engrenage des évènements dès l’assassinat de l’Archiduc François-Ferdinand à Sarajevo.

Un peu plus de cent ans plus tard, quelle est la situation sur le front Européen? A l’heure où la France tend la main au Royaume-Uni et attend impatiemment de pouvoir démarrer la production de bâtiments de surface de classe Mistral pour le compte de la Russie, il est tentant de procéder à des parallèles... comme de s’en défier.

Un Royaume-Uni volontaire pour un partenariat plus dynamique avec la France mais exsangue financièrement

Sans remonter jusqu’à l’entrevue du drap d’or entre François Ier et Henri VIII, les attirances et tentatives de coopération entre Anglais et Français furent soulevés erratiquement ces dernières années. Ce qui n’empêcha pas, et n’empêche toujours pas les incompréhensions réciproques fruit il est vrai d’un passé tumultueux.

Ce rapprochement avait encore été évoqué dans un passé récent, souvenons-nous du projet de porte-avions commun longtemps en suspens [1] avant d’être considéré comme improbable par les Ministres de la Défense des pays respectifs Liam Fox et Hervé Morin début septembre 2010.

L’idée était loin d’être saugrenue en dépit des réticences légitimes puisque les " royales " pouvaient être amenées à se compléter, et non fusionner, sur les théatres d’opérations et partager le cas échéant du matériel standardisé. Qui plus est, les deux marines étant membres de l’OTAN, il n’y avait de fait pas de contre-indication de nature " politique ".

Or la crise est passée par là, et le Royaume-Uni dont l’économie s’était surtout portée sur la finance a subi de plein fouet le choc des subprimes Américain en 2006 ainsi que ses répliques mondiales, et notamment la crise financière Islandaise [2]. L’arrivée au pouvoir d’un nouveau Premier Ministre, David Cameron, n’a pas été accueilli comme le sauveur de l’armée et la marine Britanniques puisqu’il s’est empressé de tailler à vif dans le budget des forces armées. résultat, 3 milliards de livres sterling de coupe budgétaire, soit 8% de réduction! De cet état de fait, c’est une puissance militaire amoindrie qui n’a d’autre choix que de s’allier pour mieux peser sur la scène internationale et répondre aux défis toujours présents et protéiformes. Et de se tourner vers le dernier Etat Européen disposant d’une industrie de la défense active. la France.

Pourtant le Royaume-Uni n’est pas le seul à supporter la note de la crise financière mondiale. Trop souvent considérée comme une variable d’ajustement budgétaire, la défense nationale fait elle aussi les frais de coupes franches. Le livre blanc sur la défense et la sécurité nationale avait il est vrai annoncé la couleur et les douloureuses mutations à venir, appelées aussi mouvements de restructuration, confirmé par le projet de loi de finances de 2011 annonçant un écart de 3,6 milliards d’euros sur la loi de programmation militaire sur trois ans (programmation triennale). L’écart étant censé être résorbé par des recettes exceptionnelles (impliquant de facto un chiffrement purement prévisionnel et soumis à l’aléatoire en période de crise financière généralisée). En somme la France se porte mieux que son homologue Britannique mais pas forcément bien. Alors deux faiblesses (même relatives) s’alliant pour résister au monde?

C’est dans ce contexte politico-économico-social morose que les deux chefs de l’exécutif ont signé le 2 novembre dernier à Lancaster House un traité de coopération militaire souvent, et abusivement, appelé de nouvelle entente cordiale. Le traité a au moins un mérite essentiel. celui du pragmatisme dans l’approche. Rien de révolutionnaire au même titre que naguère l’élaboration d’un porte-avions commun et désormais " gelé " mais une approche plus rationnelle et mesurée. partage de deux porte-avions nationaux à terme (le Charles de Gaulle pour la France, en attendant le dégel hypothétique du PA 2, et le futur HMS Queen Elizabeth pour l’Angleterre) ; force d’intervention commune interarmée ; laboratoire situé près de Dijon doté d’un simulateur dédié au nucléaire militaire avec un centre de développement technologique à Aldermaston ; élaboration de drones de nouvelle génération. Fondamentalement rien d’utopique puisque découlant d’une volonté manifeste de rationaliser et cadrer les coûts exponentiels de programmes dans le domaine militaire.

Une Russie tendant deux mains. économique et militaire

C’est peu dire que les relations entre les membres de l’Union Européenne et la Russie auront traversé bien des tempêtes. La dernière en date étant celle de la crise russo-géorgienne de l’été 2008 et qui avait vu l’épisode tragi-comique de la tentative de gel des relations UE-Russie qui n’aura pas tenu un semestre [3].

Cahin-caha, et préférant l’approche bilatérale que multilatérale envers les membres de l’Union Européenne, la Fédération de Russie n’a pas hésité à tendre deux mains ces derniers mois. La première militaire, et qui était de loin la moins évidente, en proposant à la France l’achat de bâtiments de projection et de commandement de classe Mistral. Une véritable révolution entre deux membres membres majeurs de l’OTAN et de l’OCS comme une opportunité commerciale pour la France, alléchée par l’achat d’au moins deux bâtiments mis en chantier sur son territoire, et deux autres à venir mais au profit cette fois des chantiers navals de Saint-Pétersbourg (qui sont cependant aussi en concurrence avec ceux de Iantar et de Zvezda).

Ni Anders Rasmussen, secrétaire général de l’Alliance Atlantique ni Washington par la voix de son ambassadeur à Moscou John Beyrle n’émirent d’opinion contraire, au dépit de certains pays riverains de la Russie tels que les Pays Baltes ou la Géorgie. Du reste, la Corée du Sud comme l’Espagne et les Pays Bas restent sur les rangs pour pallier à toute défection ou mise à l’écart de la France. Reste à trancher certaines questions sensibles, tels le transfert de technologie et l’adaptation desdits navires aux rigoureuses conditions des mers septentrionales Russes.

L’autre main tendue étant celle d’une coopération sur les plans militaires et économiques.
Premièrement par le traité de sécurité Européenne tel qu’il a été formulé en novembre 2009 [4] par le Président Dmitri Medvedev. Les autorités Russes désirant se placer comme les meilleurs protecteurs d’une défense 100% Européenne sans avoir partie liée à des puissances tierces au vieux continent. Seulement cette offre rencontre une certaine indifférence à l’Ouest et hostilité à l’Est. les anciens réflexes ayant la " peau dure "...

Deuxième par la proposition de bâtir une zone de libre échange complétée à terme par une union économique voire monétaire entre l’espace Russie-Bélarus-Kazakhstan et l’Union Européenne comme formulée avec insistance à Berlin en cette fin novembre par le Premier Ministre Vladmir Poutine.

Si l’on devine les deux membres de l’exécutif Russe trop intelligents pour espérer une acceptation rapide et unanime de leur proposition respective, il est permis de conjecturer sur le fait que leur but est prioritairement de marquer les esprits, de baliser grossièrement un avenir commun et par là même de donner une image de la Russie plus apaisante et soucieuse d’un continent prospère et pacifié de " Lisbonne à Vladivostok " [5].

1+1+1 = 3 ? Non, 2+1 en géopolitique

Angleterre, France, Russie ensemble main dans la main en lieu et place de ce qui fut l’axe Paris-Berlin-Moscou un temps envisagé? Du tout, et ce pour une raison très simple. la pierre d’achoppement des relations britanno-russes.

Car depuis de nombreuses années les relations entre le Royaume-Uni et la Fédération de Russie sont pour le moins très tendues. accueil de personnalités en fuite (Boris Berezovsky étant le plus connu d’entre eux mais loin d’être le seul) ; renvoi de plusieurs diplomates Russes de Londres ; affaire des British Council de Russie... A cela s’ajoute une attitude siamoise de la position Américaine sur bien des dossiers internationaux (Irak, Iran, Afghanistan, Kossovo).

Des différends qui pourraient être levés avec l’arrivée au pouvoir de David Cameron. Ainsi le 11 novembre dernier à Séoul, à l’issue d’une rencontre peu avant la tenue du G20, le Président de Russie et le chef de l’exécutif Anglais ont annoncé partager les mêmes analyses sur la situation économique internationale comme sur la question de la sécurité internationale. Avec une offre de rencontre officielle à son homologue du 10 Downing Street formulée par Dmitri Medvedev pour l’année 2011. Certes convergences de vue ne signifie nullement convergence de solutions, néanmoins après les dernières années au lourd climat diplomatique, de tels propos semblent plus à même de terrasser le chemin cahoteux des relations britanno-russes.

Pour l’heure, il ne saurait être question d’une Triple Entente nouvelle génération. Sans être fantasmagorique, elle nécessite l’éclaircissement de nombreux points en suspens. Qui plus est, la Russie ne fait pas de la France et de l’Angleterre ses interlocuteurs uniques au sein de l’Union Européenne. l’Italie et a fortiori l’Allemagne se positionnent très bien en tant que partenaires politiques " compréhensifs " et plus encore de partenaires économiques solides [6].

Alors, nouvelle Entente Cordiale entre deux pays contraints à s’allier pour raison financière? Très certainement, mais le chemin jusqu’à Moscou pour une Triple Entente semble encore long et éminemment sujet aux aléas.


[1] La société MOPA2 fut créée en 2006 à cet effet, entreprise conjointe de Thalès et de la DCN (désormais DCNS depuis 2007). Le projet portait sur près de 3 milliards d’euros, une somme difficilement acceptable en temps de crise financière.
[2] D’autant plus touchée que le référendum islandais sur le remboursement de la dette a été refusé par la population locale à 93%, au grand dam des investisseurs Néerlandais et Britanniques.
[3] Un pas en avant, deux pas en arrière, Cyberstratégie Est-Ouest, 14 octobre 2009.
[4] Texte en version originale sur le site de la présidence Russe.
[5] Si la référence fait implicitement penser à celle du général de Gaulle prononcée lors d’un discours à Strasbourg en 1959: " Oui, c’est l’Europe, depuis l’Atlantique jusqu’à l’Oural, c’est l’Europe, c’est toute l’Europe, qui décidera du destin du monde ! " mais elle est plus que cela, d’une part elle prend en compte la dimension eurasienne de la Russie (Vladivostok) et d’autre part elle mentionne explicitement Lisbonne. Une mention loin d’être le fruit du hasard puisque lieu du récent sommet de l’OTAN des 19 et 20 novembre 2010 où la Russie fut un invité remarqué et ménagé.
[6] En 2009, l’Allemagne était le deuxième fournisseur de la Russie, assurant 13,2% de ses importations et l’Italie se plaçait à la cinquième place, à hauteur de 4,9% des importations. La France et le Royaume-Uni respectivement aux septième et treizième places.


ENTENTE’2010?

Term "Entente" is used to define the coalition, formally created on the 31st of August, 1907 and being a result of a logical movement of different countries towards each other. From one hand, it were France and Russia (17th of August, 1892), from the other one — France and England (8th of April, 1904). This coalition was to stand the "Triple Alliance" of Germany, Austria-Hungary and, temporarily, Italy during the First World War. Ill-timed bloc logic brought us through various treaties to the complicated events, started from the murder of Archduke Franz Ferdinand in Sarajevo.


So what’s the situation at the European front after nearly 100 years from that? In the hour when France stretches its hand to Great Britain, impatiently awaiting the opportunity to start producing Mistral-class ships for Russia, the temptation to draw certain parallels...as if having some doubts...is great.

The United Kingdom — willing for more dynamic partnership with France, but yet financially bled

"Field of Golden Cloth [1]" negotiations between Francis I and Henry VII aside, unprecedented mutual attraction and attempts of partnership between Englishmen and French suddenly emerged recently. This, however, never stood and still doesn’t stand in the way of mutual misunderstanding that actually is a consequence of the shared tumultuous past of the two nations.

This proximity was recently mentioned in connection to the joint project of the aircraft carrier, pending in the indefinite state for quite a time [2]. Finally, in the beginning of September, 2010 British Secretary of State for the Defence Liam Fox and French Minister of Defence Hervé Morin considered it to be unreal.

The idea is not ridiculous as it may seem, in spite of the rightful doubts — at the theatres of war Royal Army had to supplement other military formations rather than unite with them and had to share the standardized equipment from time to time. Besides that, there were no "political" contra-indications as long as both fleets are the members of NATO.

But the crisis burst out and Great Britain, which economics is mostly based on finances, suffered the most severe hit from the American real estate crisis of 2006 and its worldwide repercussions — Icelandic financial crisis [3] in particular. Coming of new Prime Minister David Cameron to power wasn’t considered to be a salvation for the British Army and Navy as long as he strived to cut the defense budget furthermore. As a result, budget was reduced by £3 billion, which made up 8% of it! In a situation with the weakening of the military power, country had no alternative but to join the efforts for the sake of having greater influence at the international arena and an ability to fight the already present and constantly changing challenges. So Brits had no other options but to address the last remaining European state with the functioning defense industry — France.

However, the United Kingdom is not the only country that suffered from the global financial crisis. French national security — too often considered to be the variable budget value — also sustained losses from the direct cuts. "White Paper" on the issues of defense and national security actually defined the tone and the essence of forthcoming painful changes, also dubbed the "restructuring". It is confirmed by the bill project for the 2011 budget, featuring the reduction of military programs for €3.6 billion during next three years (three-year program). This cut is to be reduced via the unforeseen revenues (de-facto meaning the preliminary character of estimates, which depend on the random factors of the global financial crisis). In general, France feels itself much better than its British colleague, but not much better. So, two relatively weak states are going to unite in order to resist the rest of the world, aren’t they?

Given this gloomy political-economic-social context, on the 2nd of November two chief executives have signed a treaty on military cooperation — often erroneously called the new Entente — at the Lancaster House. At the very least, this treaty has one significant advantage: pragmatic approach to the relationship. There are no revolutionary points like the recent joint development of the aircraft carrier (currently "frozen") but there are some rational and weighted up ones: urgent division of two national aircraft carriers (French "Charles De Gaulle" pending the hypothetic "unfreezing" of the "Port Avions 2" program) and future English "HMS Queen Elizabeth"; creation of inter-military quick reaction forces, laboratory near Dijon, equipped with the nuclear weapons simulator and the technology development center in Aldermaston, dedicated to the designing of next-generation pilotless drones. There’s nothing fundamentally utopian here as long as the very treaty originates in the desire to rationalize and coordinate the steadily growing military expenses.

Russia stretches both hands — military and economic ones

It wouldn’t be an exaggeration to say that there were several stormy periods in the relationship of the European Union members and Russia. The latest of them is dated by the Russian-Georgian crisis of summer’2008, followed by the tragicomic episode with an attempt to freeze the relationship — it didn’t last even three months.

Little by little, having preferred the bilateral approach in the relationship with the EU members to a multilateral one, Russian Federation without hesitations stretched both of its hands lately. First of all it was an offer of military cooperation — it offered to buy Mistral-class helicopters from France. That’s an actual revolution in relationship between the two principal members of the NATO and SCO respectively caused by an opening for France. The latter was seduced by the purchase of at least two ships, built at its territory, now and two more in future — the latter, however, are to be built at the St. Petersburg shipyards (which compete with the "Yantar’" and "Zvezda" shipyards in its turn).

Neither Anders Rasmussen (Northern Atlantic Alliance Secretary General), nor Washington, embodied by its Moscow ambassador John Beyrle have expressed their dissatisfaction, unlike some neighbors of Russia — Baltic States and Georgia. Besides that, South Korea, Spain and Netherland are first to smooth out any French apostasy or self-removal. There are just some minor issues to be solved — like the very transition of technologies and adaptation of the said vessels to the severe conditions of Russian northern seas.

Another stretched hand is an offer of economic and security cooperation. First of all, this is applied to the European Security Treaty, formulated in November, 2009 by President Dmitry Medvedev [4]. Russian authorities try to position themselves as the 100% adherents of the European defense independent from the third countries. This offer alone meets certain indifference in the West and hostility in the East. Old habits are hard to get rid from...

Second offer applies to the creation of free commerce zone — which is later to be supplemented with economic (or even the currency) union at the territories of Russia-Byelorussia-Kazakhstan and the European Union. At least, that’s how Vladimir Putin persistently put it in November this year in Berlin.

But do you consider two Russian leaders to be too smart to hope for such quick and unanimous consent with their offers? Then we may assume that their goal was to make an impression on Europeans, to outline their common future and thus, make the public image of Russia more calming — make it look like a country, caring about the prospering and peaceful continent "From Lisbon to Vladivostok [5]".

1+1+1 makes 3? No, then let it be 2+1 in the geopolitics.

England, France and Russia going together, hand in hand — instead of what was called the Paris-Berlin-Moscow axis in the due time? Not at all and the reason for that is simple. The stumbling block is the Anglo-Russian relationship.

For many years relations between the United Kingdom and Russia could have been called "strained" at the very least. Giving asylum to political refugees (Boris Berezovsky is the most famous but not the only one), renvoi of several Russian diplomats from London, affairs of British Council in Russia...Add here the complete convergence of British and American positions on multiple international issues (Iraq, Iran, Afghanistan, Kosovo).

These discords could have been eliminated with David Cameron’s coming to power. So on the 11th of November after the negotiations in Seoul — which took place not long before the G20 summit — President of Russia and British Prime Minister stated that they share common views on world economic situation and the international security issues. Dmitry Medvedev invited his colleague from 10, Downing St. to Russia with an official visit in 2011. Of course, convergence of views surely doesn’t mean the convergence of political decisions. Nevertheless, after last years of severe diplomatic climate, such remarks seem to be capable of flattening the bumpy road of Anglo-Russian relationship.

Today emergence of new Entente is out of question. Not being completely phantasmagoric, this idea though requires specifying certain unsolved issues. Moreover, Russia doesn’t consider France and England to be its only possible partners even within the European Union. Italy and especially Germany position themselves as "understanding" political and reliable economic partners [6].

So did the two countries forced to become allies due to financial reasons reach the new "entente cordiale"? They certainly did, but for the new Entente road to Moscow still would be long and to a great degree depending on various chances.

Yannick Harrel is an expert on cyberspace matters and the strategic opportunities of new digital media. He carefully examines the geopolitical processes in the Eurasian zone and writes numerous articles on that matter.


[1] Field of Cloth of Gold or Field of Golden Cloth (Fr. Le Camp du Drap d’Or) is the name given to a place of negotiations between English King Henry VII and French King Francis I in Balinghem, between Guînes and Ardres, in France, near Calais. The negotiations lasted from the 7th to 24th of June, 1520 and they got this name for the extraordinary splendor of the royal suites.
[2] "MOPA2" was found in 2006. This is a joint enterprise of Thalès and DCN (since 2007 — DCNS). Estimated project value makes up almost €3 billion which is hardly acceptable during the trying times of crisis.
[3] Iceland suffered even more from the debt indemnity referendum, which 93% of local population voted against, to the cost of Dutch and British investors.
[4] Its original version is given at the Presidential web-site.
[5] This reference implies on the words of General De Gaulle, said in Strasburg in 1959: "It is Europe — an entire Europe from Atlantic to Ural — that defines the future of the world!" From one hand, it recognizes the Eurasian size of Russia (Vladivostok), from the other hand directly mentions Lisbon. This statement was not accidental — mind the time and place where it was made: on the 19th and 20th of October, 2010 at the recent NATO summit where Russia was a notable and prepared guest.
[6] In 2009 Germany was the second largest trade partner of Russia, having provided 13.2% of its import. Italy with 4.9% of import took the fifth place. France and Great Britain got the seventh and thirteenth places, accordingly.


АНТАНТА, ВЕРСИЯ 2010?

Термин «Антанта» обозначает коалицию, формально созданную 31 августа 1907 года и явившуюся результатом последовательного сближения между Францией и Россией, подписавших союзный договор 17 августа 1892 года, и, с другой стороны, между Францией и Англией, заключивших соглашение 8 апреля 1904 года. Этой коалиции суждено было во время Первой мировой войны противостоять союзу в составе Германии и Австро-Венгрии. Логика развития событий по спирали после заключения этих договоров, привёдшая к убийству эрцгерцога Франца Фердинанда в Сараево и началу мировой войны, до поры была неочевидна.

Какова ситуация на европейской авансцене немногим более ста лет спустя? В дни, когда Франция протягивает руку Великобритании и ждёт возможности начать производство надводных кораблей класса Mistral для России, заманчиво провести некоторые параллели... сомневаясь в их уместности.

Более динамичному партнёрству Великобритании и Франции мешает тяжесть финансовой ситуации

Если не обращаться ко временам «Лагеря золотой парчи» [1]* Франциска I и Генриха VIII, попытки сотрудничества между англичанами и французами в последние годы носили, скажем так, спорадический характер. И они объяснимо сопровождаются недоразумениями, обусловленными сложной историей взаимоотношений двух стран. Одним из последних поводов говорить об англо-французском сближении стал проект совместного строительства авианосца для дальнейшей совместной эксплуатации. Этот проект долго находился в неопределённом состоянии [2] до того, как был объявлен нереализуемым министрами обороны двух стран, Лайэмом Фоксом и Эрве Мореном, в начале сентября 2010 года**.

Идея была далеко не нелепа, несмотря на законные сомнения, особенно со стороны британских военных, недопонявших, как можно без объединения под одним командованием совместно пользоваться одной техникой. Кроме того, поскольку оба флота являются членами НАТО, не было никаких противопоказаний «политического» характера. Великобритания, экономика которой в последнее время основана была преимущественно на финансах «из воздуха», приняла на себя главный удар американского ипотечного кризиса 2006 года, а также его повторений по всему миру, в особенности исландского финансового кризиса [3]. Приход к власти нового премьер-министра Дэвида Кэмерона для британских армии и флота спасением не стал. Зато он поторопился сократить военный бюджет, на 3 миллиарда фунтов, то есть на 8%. В подобной ситуации, ради сохранения возможности влияния на международной арене и адекватной реакции на угрозы и вызовы, рационально было обратиться за кооперацией к последнему европейскому государству, располагающему работающей оборонной промышленностью – к Франции.

Однако Соединённое Королевство – не единственная страна, пострадавшая от глобального финансового кризиса. Слишком часто рассматриваемая как переменная бюджетная величина, национальная оборона Франции также понесла убытки от прямых сокращений. «Белая книга» этого года по вопросам обороны и национальной безопасности задала тон и обозначила грядущие болезненные изменения, называемые также реструктуризацией. Грядущий секвестр военных расходов подтверждается проектом закона о бюджете на 2011 год, в котором объявляется о сокращении военных программ за три года на 3,6 миллиардов евро (трёхлетняя программа). Сокращение должно быть уменьшено при помощи непредвиденных поступлений (что означает де-факто чисто предварительный характер подсчётов, зависящих от случайностей периода всеобщего финансового кризиса). В целом, Франция чувствует себя лучше, чем Британия, но не слишком хорошо. Итак, два слабых (даже относительно) государства объединяются в союз, чтобы противостоять общим вызовам?

В этом мрачном политико-экономико-социальном контексте два руководителя исполнительной власти, французский президент и британский премьер-министр, подписали 2 ноября в Ланкастер-Хаус договор о военном сотрудничестве, часто – и ошибочно – называемый новой Антантой. Договор, по меньшей мере, имеет одно существенное достоинство: прагматичный подход к вопросам сближения. Ничего революционного вроде недавней инициативы совместного строительства авианосца. Но зато кое-что более рациональное и взвешенное: срочное решение вопроса о возможности эксплуатации в обоюдных интересах британского авианосца «Королева Елизавета» и французского «Шарль де Голль»; межармейские силы быстрого реагирования, лаборатория вблизи Дижона, снабжённая симулятором, предназначенным для ядерного оружия с центром развития технологий в Олдермастоне, разработка нового поколения БПЛА. Фундаментально ничего утопического, поскольку проистекает из желания рационализировать и согласовать неуклонно растущие расходы на военные программы.

Россия, протягивающая две руки: экономическую и военную

Отношения между членами Европейского Союза и Россией пережили много бурь. Последняя из них датируется российско-грузинским кризисом лета 2008 года, после чего последовал трагикомический эпизод с попыткой заморозить отношения России и ЕС, не продолжившийся и трех месяцев. Предпочтя двустороннее сближение – многостороннему (в отношениях со всеми членами Европейского Союза сразу), Российская Федерация протянула в последние месяцы Франции сразу две руки. Первое рукопожатие – в сфере военно-технического сотрудничества: Франции предложили покупку вертолётоносца класса Mistral. Настоящая революция в отношениях между двумя основными членами НАТО и ШОС – это удобный случай для Франции, заинтересованной покупкой, по меньшей мере, двух судов, построенных на её территории, а в будущем ещё двух, но построенных уже на верфях Санкт-Петербурга.

Ни Андерс Расмуссен, генеральный секретарь Северо-Атлантического альянса, ни Вашингтон, в лице своего посла в Москве, не высказывали неодобрения российско-французской сделке (это сделали лишь страны Балтии и Грузия, что закономерно). Осталось разрешить некоторые чувствительные вопросы, такие, как передача технологий и адаптация этих судов к суровым условиям российских северных морей. Важное значение имеет предложение России заключить договор о европейской безопасности, как это было сформулировано в ноябре 2009 года [4] президентом Дмитрием Медведевым. Российские власти стремятся позиционировать себя сторонниками общеевропейской обороны, не связанной с третьими странами. Хотя это предложение встречает некоторое равнодушие на Западе и враждебность на Востоке. У старых рефлексов «толстая кожа»...

Другая рука протянута Франции в сфере экономического сотрудничества. Важное значение имеет предложение о создании зоны свободной торговли, дополненной в будущем экономическим, или даже валютным, союзом на пространстве Россия-Беларусь-Казахстан – с Европейским Союзом, как настойчиво формулировал это в Берлине в ноябре этого года премьер-министр Владимир Путин. Думается, что российские лидеры не надеются на быстрое единодушное согласие с их предложениями. Однако у них есть не только сиюминутная, но и долгосрочная цель – в общих чертах обозначить общее будущее, создать новое представление о России как о стране, которая заботится о процветающем и мирном континенте от «Лиссабона до Владивостока» [5].

1+1+1 = 3? Нет, в геополитике – 2+1

Можно ли сказать, что ось Англия-Франция-Россия может заменить ось Париж-Берлин-Москва? Вовсе нет, и по одной простой причине. Камень преткновения – британско-российские отношения. На протяжении многих лет отношения между Соединённым Королевством и Россией являются, по меньшей мере, очень натянутыми. Приём беглецов (Борис Березовский является наиболее известным из них, но он не один), высылка нескольких российских дипломатов из Лондона, дело Британского Совета в России... К этому добавляется также полное совпадение позиций Британии с американской позицией по многим международным вопросам (Ирак, Иран, Афганистан, Косово).

Возможно, некоторые разногласия могут быть сняты после прихода к власти Дэвида Кэмерона. Так, 11 ноября в Сеуле, после переговоров перед саммитом G20, президент России и британский премьер заявили о том, что они разделяют общие взгляды как на международную экономическую ситуацию, так и по вопросам международной безопасности. Дмитрий Медведев пригласил своего коллегу с Даунинг-стрит посетить Россию с официальным визитом в 2011 году. Разумеется, совпадение взглядов совершенно не означает совпадения решений. Тем не менее, после последних лет тяжёлого дипломатического кризиса, такие замечания кажутся способными несколько выровнять ухабистый путь российско-британских отношений.

Но о новой Антанте сейчас не может быть и речи. Не будучи фантасмагорическим, воплощение идеи требует сначала разрешения целого ряда нерешённых вопросов. Более того, Россия не считает Францию и Англию единственными партнёрами в рамках Европейского Союза. Италия и, особенно, Германия позиционируют себя способными к политическому взаимопониманию, а также надежными экономическими партнерами России [6]. Дорога в Москву для Антанты кажется еще долгой и в высшей степени зависящей от случайностей.

Янник Харрель

Об авторе: Янник Харрель (Франция) является экспертом по вопросам геополитических процессов в Евразии, экспертом по вопросам киберпространства и стратегии возможностей новых цифровых средств массовой информации
.

Редакция благодарит за перевод этого материала переводчика Ugolin, представителя проекта Ursa TM.


[1] Компания MOPA2 была основана в 2006 году, это совместное предприятие французских компаний Thalès и DCN (DCNS). Проект оценивается почти в 3 миллиарда евро: сумма вряд ли приемлемая во время финансового кризиса.
[2] Еще больше пострадавшая от референдума по возмещению долга, на 93% отвергнутого местным населением, на беду голландским и британским инвесторам.
[3] «Шаг вперед, два шага назад», «Киберстратегия Восток-Запад», 14 октября 2009 года.
[4] Текст в оригинальной версии на сайте президента России.
[5] Такой посыл напоминает о словах генерала де Голля, сказанных в Страсбурге в 1959 году: «Именно Европа – вся Европа, от Атлантики до Урала, – определяет судьбы мира!», но она больше этого: с одной стороны, принимает во внимание евразийский размер России (Владивосток) и, во-вторых, явно упоминает Лиссабон. Заявление, которое далеко не случайно, потому что это – место недавнего саммита НАТО 19 и 20 ноября 2010 года, где Россия была весьма заметным гостем.
[6] В 2009 году Германия была вторым торговым партнёром России, обеспечивая 13,2% её импорта, Италия занимала пятое место с 4,9% импорта. Франция и Великобритания занимали седьмое и тринадцатое место.
* Прим. пер.: «Поле золотой парчи», «Лагерь золотой парчи» (англ. Field of Cloth of Gold, фр. Le Camp du Drap d’Or) – прозвание, которое получило место мирных переговоров Генриха VIII Английского и Франциска I Французского, проходивших с 7 июня по 24 июня 1520 г., и сама эта встреча из-за необыкновенной роскоши свиты обоих королей. Находится в Балингеме (Balinghem), между Гином и Ардром, неподалеку от Кале (совр. Франция, тогда территория английской короны). Варианты русского перевода: Долина золотой парчи, Златотканый Лагерь, Златотканое Поле, Лагерь или Поле из золотой парчи.
** Прим. ред.: Тем не менее, от идеи совместного использования уже имеющихся на плаву авианосцев Франция и Великобритания пока не отказались.

Aucun commentaire: